И небо летит навстречу. Приключенческий роман - Лариса Жматаева

– Ну, давай, моя зазноба арабская, по глоточку! – скомандовала Ольга. Девушка сделала глоток, изящно подцепила пальчиком маленький огурчик и с наслаждением отправила в рот. – Знатные у тебя огурцы, Лизка! Можешь ведь, зараза, когда захочешь!

Нестерпимо ломило виски… Первая мысль: «Где я?» Взгляд уперся в стену с розовыми обоями: «Слава богу, дома!» Все словно в тумане, память обрывками выдавала события прошлого вечера. Эта ключевая Ольгина фраза: «Пойдем покурим!» и маленький огонек на конце длинной дамской сигареты – последнее, что еще более или менее отчетливо помнила Лиза…

В обычной жизни совсем некурящая Лиза в этот день решила пуститься во все тяжкие и пороками заглушить свое гадкое настроение.

– Ни фига себе, полегчало… Вот же дура! – ругала себя Лиза, вспоминая вчерашний бешеный калейдоскоп событий.

Что же было дальше? Так… сигарета, а потом… Потом улица… Фонарь какой-то… Хочется сказать аптека, но нет, вместо аптеки было такси. Задымленный модный ночной клуб «Зазеркалье», люди на танцполе, жутко корчившиеся в свете пульсирующих ультрафиолетовых ламп. Ослепляющие прожектора, мигающие прерывисто, словно азбука Морзе. Казалось, что люди не танцуют, а все время замирают в уродливых позах в такт бессмысленно грохочущей музыке. Затем сверкающий бутылками бар… Долговязый симпатичный парень с изысканной испанской бородкой. Он все время танцевал с Лизой, много шутил и угощал ее коктейлем, пылающим огнем. А она танцевала на бар-стойке и пила эффектно полыхающий напиток под аплодисменты разгоряченной толпы… Потом… Что же потом?.. Кажется, текила… А под занавес родная квартира и сияющий белизной главный представитель итальянской сантехники…

Этот кошмар длился бесконечно… В голове стоял невыносимый гул и все время вертелась одна навязчивая мысль: «Только бы остаться в живых!» Сколько времени Лиза провела в туалете, какую часть ночи или утра, она точно вспомнить уже не могла.

– Хорошо, что Влад это позорище не видел! Боженька, сделай так, чтобы он крепко спал и ничего-ничего не видел и не слышал! – женщина сложила руки в молитве и подняла глаза к небу. – А может, он и не в курсе, что я тут всю ночь душу перед унитазом выворачивала? – с хрупкой надеждой проговорила Лиза, не узнавая свой хрипловатый голос.

Взъерошенная, с помятым лицом и специфическим амбре, шаркая по полу босыми ногами словно больная старуха, Лиза потащила свое отравленное алкоголем и никотином тело в ванную. Женщина мимоходом и со страхом в душе робко заглянула в комнату Влада. Там стояла гнетущая тишина…

– Фу-у-у, пусто! – с облегчением выдохнула женщина, но чувство вины почему-то только усилилось. Влада не было уже второй день, и к тягостному чувству вины сразу же присоединилось чувство беспокойства. Он, вполне взрослый, двадцатидвухлетний мужчина, для своей мамы до сих пор оставался маленьким ребенком. Это родительское заблуждение Лиза очень хорошо осознавала, но окончательно перерезать пуповину как ни пыталась, так и не смогла. Влад еще со школьной скамьи встречался с девушкой и, как водится, не всегда приходил домой ночевать. Лиза изо всех сил старалась с этим смириться, но у нее никак не получалось до конца к этому привыкнуть. Влад особо не утруждал себя звонками. Он искренне не понимал, зачем нужно озадачиваться и предупреждать кого-то о своем отсутствии?

Лиза скорей по привычке, а может, от отсутствия своей личной жизни до сих пор пыталась контролировать жизнь любимого сына. Иногда в своем желании быть незаменимой она заходила немного дальше обозначенной ей территории. Как правило, заканчивалось это либо курьезом, либо семейным скандалом.

Однажды, убираясь в квартире, на столе сына Лиза нашла странную сигару. Она покрутила ее в руках, понюхала, попыталась определить на вкус, что совершенно не прояснило ситуацию. И тут в голове женщины пронеслись миллионы вариантов морального и физического разложения ее сына. Вот он сидит в подвале с иглой в вене в окружении таких же наркоманов, как он… Вот курит какую-то смесь и как ненормальный носится по улице… Вот страшно худой и весь покрытый язвами умирает на руках убитой горем матери! Фантазия щедро выдавала жуткие истории из жизни наркоманов и их родителей. И тогда Лиза, как ей казалось, приняла единственно правильное решение. Она взяла зажигалку, вставила в рот сигарету и поднесла к ней огонь. Но сигарета, едва вспыхнув, потухла, и тогда женщина вынула ее изо рта, решив посмотреть, в чем причина? Как только Лиза взяла ее в руки, раздался оглушительный взрыв! Комната наполнилась едким густым дымом, а сверху на голову женщины посыпался серый вонючий пепел… Совершенно оглохшая от взрыва, она какое-то время приходила в себя. Затем, когда слух стал к ней понемногу возвращаться, женщина дрожащей рукой взяла телефон и набрала номер сына.

– Влад, а что у тебя тут за сигарета лежит? – размазывая по лицу копоть, спросила дотошная мать.

– Мам, ты ее не трогай, это петарда! Мне ее из Китая в подарок привезли… От сигареты вообще не отличишь, правда? – радостно сообщил сын, весьма довольный подарком.

– Ага, правда! Вообще не отличишь! – тихо сказала Лиза и положила трубку, в душе поблагодарив своего ангела-хранителя за целые нос, глаза и губы…

Лиза вынырнула из воспоминаний о курьезной прошлогодней истории и вслух произнесла: – Я не звоню, и он, паразит, не звонит! Ему на меня вообще плевать! Вот так исчезну, никто даже не заметит! А если я, например, в больнице или, не дай бог, в морге уже?! – Воображение нарисовало грустные картинки, и на глаза мгновенно навернулись слезы. – Ну все, понесло как судака по Енисею! – тихо вымолвила она, не давая дальше разыграться своей воспаленной фантазии.

Отражение в ванной комнате обнажило всю горькую правду последствий вчерашнего загула. Медленно раздевшись, Лиза включила теплую, даже скорее горячую воду, переключила на душ и села в ванну. Она по-сиротски прижала голову к голым коленям и с наслаждением отдалась горячему потоку воды, милостиво лившемуся сверху. Медленно, неохотно, но боль, стягивающая голову железным обручем, постепенно отступала.

– Так, надо позвонить по работе, найти Влада, где-то занять денег… – Проблемы возвращались домой, как гулящие мужья.

Активные поиски работы пока не увенчались успехом, а деньги таяли, словно мартовский снег. Резюме были разосланы повсюду, где требовались специалисты данного профиля, но ответа не было уже шесть дней.

– Буду звонить сама! Они, как только видят цифру «сорок два», сразу теряют ко мне всякий интерес. Такое ощущение, что им не важен опыт, стаж, как я умею работать, в конце концов, как я выгляжу!.. У нас в стране возраст решает все, а не кадры, заблуждался наш великий товарищ Сталин. А мне-то теперь что прикажете делать? Мне, пусть не совсем молодой, но далеко не уродливой, полной сил и энергии женщине?! Завернутся в простыню и на кладбище ползком, что ли? Где деньги на жизнь зарабатывать? Вахтером на вертушке? Посудомойщицей в столовке? Техничкой? Зашибись варианты, для женщины с двумя высшими образованиями! Тогда отправляли бы на пенсию в сорок, хоть какие-то деньги! Хотя какие там деньги? Так… одни слезы! – вслух размышляла Лиза, и в ее душе злость смешивалась с бессилием и отчаянием.

Две вещи медленно возвращали больную к жизни – это душ и зеленый чай. Она сидела за столом, прихлебывала горячий бодрящий напиток и чувствовала, как тело с благодарностью расслабляется. «Конечно, я тоже когда-то умру, но надеюсь, что сегодня не мой день!» – подумала Лиза и потуже затянула пояс домашнего халата.

Вдруг двери бесшумно открылась, и в квартиру виновато вошел Влад.

– Привет, мам! – тихо проговорил он, заходя в квартиру крадучись, словно нашкодивший кот.

– Привет! Мог бы вообще-то позвонить! Я хотела уже в розыск подавать, да в полиции сказали, что два дня должно пройти. Вот сижу – жду! – с легкой иронией упрекнула сына Лиза, а сама с облегчением подумала: «Жив-здоров, и слава богу!»

– Да мам, телефон… корче, сел! – Влад явно на ходу придумывал причину.

– Конечно, когда тебе удобно, тогда и сел! Давай-давай, продолжай в том же духе! Но помни, мои внуки за меня отомстят, а я, клянусь, проконтролирую! – проворчала Лиза, с укором глядя на сына.

Парень – точная копия своего отца: среднего роста, с фигурой крепкого спортсмена, мужественными чертами лица и особым брутальным шармом. Таких девушки любят! У него не было вредных привычек, или почти не было. Все грешки были в начальной стадии или в зародышевом состоянии. Ну а кто из нас не без греха? В вузе учился, сессии сдавал, даже очень неплохо, хотя Лиза ни разу не видела его ни с книгой, ни с тетрадкой.

– Мой сын либо фартовый, либо гений! – порой делилась она своими мыслями с подругами.